Байкальского омуля в Иркутске не было в 1970-е. И в 1980-е тоже не было. Да-да, это все из серии — сапожники ходят босые. Туляки кипятят чай не в самоваре, а в котелке. И пьют чай не с пряниками, а с сухарями.

Сейчас существуют свои мифы, легенды и даже научные версии о том, почему при позднем (т.н. «развитом») социализме в столице Байкальской Сибири отсутствовал байкальский омуль.

Слышал, например, такое. После строительства ГЭС уровень воды в Байкале поднялся. Это подорвало экосистему в том смысле, что прибрежные места, в которых выпасались омулевые мальки, переменились, малькам пастись стало негде — вот и сократилось поголовье, точнее, похвостье омуля. Да так, что пришлось запретить вылов. За последние 20 лет экосистема опять восстановилась. Пастбища для мальков возникли уже в формате нового уровня Байкала. Омуль опять народился и случился «омулевый ренессанс».

Другая версия — оригинальная. После СССР браконьеры (и не только) перебили байкальскую нерпу. Не всю, но ощутимо. А у омуля два врага — человек и нерпа. Нерпы стало меньше — омуль размножился. Поэтому теперь недостатка в нем нет. Так и хочется добавить: еще бы людей подсократить.

Но я пишу эту колонку для того, чтобы напомнить об уникальном «объясняющем мифе» — научные ученые называют такие мифы красивым словом «этиологические» (то есть, «объясняющие» причины того или иного феномена) – который имел место в Иркутске в советские времена.

Иркутяне обогащали друг друга такой легендой. Советская власть омуль ловит, но отвозит его братско-социалистическим чехам. Почему именно чехам? Вот тут версии разнились. Самая крамольная, которую я слышал, звучала так: чехов надо как-то задобрить после того, как наши танки в 1968 году проехались по Праге. Москвичам, мол, свою икру отдавать чехам жалко, вот они байкальским омулем и расплачиваются.

На такую версию следовало реагировать идеологически правильно. Я хорошо помню, как ответно высказался один дедок: «А белочехи-сволочи? Забыли, что они здесь творили? Танками в Праге мы просто с ними рассчитались. И нечего теперь кормить их нашим омулем».

Такая вот была легенда про омуль, съеденный чехами, обиженными «доктриной Брежнева». Всегда, когда в августе вспоминают про «конец Пражской весны», про эту легенду вспоминаю.